Не нужно памятника мне.
Ну нет настроя на работу.
Отбываю словно «срок» я.
В понедельник жду субботу.
Не работа, а – морока.
Нет в работе «позитива»!
Куда делось вдохновенье?
Уходить из коллектива?
А смогу ль без сожаленья?
Привык работать вдохновенно,
С энтузиазмом, «на урок»,
А счас каким-то пахнет тленом.
Эх, «кислороду» бы глоток!
В прошлом были монолитом,
Нынче всяк сам по себе,
Думает зимой ли, летом
Каждый о своей судьбе.
Как бы выжить в этом мире?
Как уберечь семью, внучат?
Чтоб не «обчистили» квартиру?
Стихи лишь изредка звучат.
Раньше жизнь была душевнее.
Нынче «рынок» правит в ней.
Мы какие-то все нервные,
И живем, как на войне.
Начальство так «забронзовело»,
Что слова поперек не смей.
И неразумно, как Отелло,
В слепой «упертости» своей.
Поученья-наставленья
Без начала - без конца.
Вызывает лишь сомнение
«Непогрешимость мудреца».
Избави Бог, принять решенье,
Кому-то что-то там сказать.
Нас за такие прегрешенья
С зарплатой могут поприжать!
Не жизнь – мышиная возня.
Крутись, как угрь на сковородке.
Не разговоры – сплошь грызня.
Ну, как тут плыть в одной-то лодке.
Нам «окриков» совсем не нужно.
Без них хватает разных бед.
Спохватятся, да будет поздно,
А «кадров» опытных уже нет.
И все молчком, все «сходит с рук».
«Не выносить сор из избы»!
Все будто круговой порукой
Повязанные, как жлобы.
А я – инспектор, а не жлоб.
Мне наплевать на «политес».
Привык я правду-матку в лоб.
Жива ведь совесть - не протез.
У нас не может торга быть:
«Ты не пиши, а я за это…».
Потом же будет стыдно жить,
А может призовут к ответу.
Куда пойти, куда податься?
Как выжить мне с семьей моей?
Как человеком все ж остаться,
Зла не скопив в душе своей.
Пока не скурвился совсем,
И честь не продана за «мани»,
Осяду где-нибудь втроем,
С женой, с собакой, в глухомани.
И скоротаю «вечер жизни»
В спокойствии и тишине.
Я отслужил своё Отчизне.
Не нужно памятника мне.
